Дневник питерского логопеда. (Опыт работы с детьми с моторной алалией)


Автор публикации Винничук Анна Владимировна
учитель-логопед высшей категории
ГБДОУ № 101
г. Санкт-Петербург

Коленька.

Коленька сидел в прихожей насупонившись и ни в какую не собирался раздеваться. Это был бунт.
Во-первых, родители бросили его наедине с чужой незнакомой тётей, во-вторых, не царское это дело самого себя раздевать. Для этого сделаны взрослые (мама с папой в первую очередь). Самое начало логопедических занятий с алаликами почти всегда сопровождается детскими капризами и, даже, истериками.
Коленька был не самым худшим вариантом. Просто он не привык, когда от него что-то требуют. Видимо, он был ошарашен тем, что так вообще может быть. В любом случае мне предстояло это преодолеть, потому что без контакта с ребёнком и без его послушания невозможны никакие коррекционные занятия. А корректировать было что.
Мальчику – три с половиной года, он не говорит ничего, кроме слова «папа» и ещё нескольких звуков. Обращённую речь, в основном, понимает. Речевой диагноз: «Моторная алалия». Сопутствующий медицинский диагноз: «правосторонний гемипарез» (гемипаретическая форма ДЦП), выраженный незначительным свисанием правой кисти и стопы.
На первой нашей встрече вместе с родителями сразу же стала очевидной ещё одна проблема – неверный подход к воспитанию. Семейная пара уже  возрастная, ей – тридцать восемь лет, ему – сорок один. Папа души не чает в сыночке, полностью ограждает его от любых жизненных затруднений и относится к нему как к младенцу. С самого начала мальчонка все время был на ручках у папы. Пил только через соску. Самостоятельно одеваться, раздеваться – Боже упаси. Чтобы оценить уровень развития и определиться с проблемными местами, начинаю играть с Коленькой, задаю ему вопросы и маленькие задания. Но – не тут-то было. Папа за Коленьку пытается играть в машинки, рассматривает весёлые картинки и лепит пластилиновые морковки. Такая гиперопека одинаково вредна и для сохранных детей, и тем более для детей с ограниченными возможностями здоровья. Детская самостоятельность заблокирована, все желания исполняются на «раз». Пальчиком показал, голос подал – всё тут же исполняется. Зачем утруждать себя взрослением?
Кроме диагноза логопеду необходимо знать о первопричинах нарушения речи. Собираю анамнез. Всего было четыре беременности. После первой родился старшенький, во время второй – замерший плод, третья – выкидыш, после четвёртой родился Коленька (что немаловажно, роды путем кесарева сечения).
Причинами моторной алалии могут быть самые разнообразные факторы: неблагоприятная беременность, проблемные роды, дисплазия сосудов головного мозга плода, повреждение корковых речевых центров головного мозга плода, генетическая предрасположенность.
Конечно, не в силах любого логопеда это исправить, но подкорректировать положение с речью вполне возможно. Речь – это ключ к развитию и адаптации такого ребёнка в жизни.
Диагноз сложный, и не все логопеды за него берутся. Я взялась.
И, вот – мы сидим на стульчике в прихожей. И что принципиально важно, сидим одни, без родителей. По своему опыту знаю – только наедине с ребёночком можно установить с ним эмоциональный контакт и привлечь его внимание. За это безусловное требование очень часто приходится «биться» с теми же родителями, желающими всё контролировать, или, хотя бы сидеть в прихожей, или, в конце концов, сидеть под дверью на лестнице. А, вдруг, злой логопед будет над их чадом издеваться, и они вовремя его спасут.

Так вот…. сидим мы, значит…. Нет, нет, это не дежавю. Это моя реальность. И нужно срочно что-то предпринимать, искать какую-нибудь кривую козу, на которой я смогу подъехать к Коленьке. Уговоры, шуточки-прибауточки не сработали (коза оказалась недостаточно кривой). Снимать с него комбинезончик и ботиночки пришлось, конечно же, мне. Сразу скажу, что более, менее уверенно расстёгивать и застёгивать «молнию», снимать-надевать обувь на «липучке» он стал только через четыре месяца. Четыре месяца терпения и методичности с моей стороны, и рыданий, на полу валяний – с его.
С пуговицами мы не подружились вообще (родителям – пламенный привет!). А, ведь это – общая моторика, которая очень важна для развития речи и, даже органическое повреждение мозга и лёгкая степень ДЦП не должны быть поводом для бездействия.
Подвожу малыша к стеллажу с игрушками. Чем дольше он будет думать, что приходит ко мне играть, тем лучше. Глазёнки разбегаются, ручки хватают всё подряд. На самом деле, работа уже началась. Коленька сам для себя подбирает ключик, приманку, форму поощрения. В нашем детском мире, как и у взрослых, главная движущая сила – стимул, награда. Но, не за бесплатно. У них, утром – деньги, вечером – стулья. У нас, сначала – занятия, потом – любимые игрушки. Очень хорошо, когда обучение происходит в игровой форме, но в логопедии далеко не все упражнения можно замаскировать под игру.
Понемногу начинают вырисовываться «ключики». Это — пластмассовый трактор и пушистая механическая лошадка, которая говорит «иго-го», весело фырчит и делает вид, что энергично скачет под кавалерийский марш. Лошадка интересная, но некоторые дети с таким же диагнозом, как у Коленьки, её боятся, закрывают уши и плачут. И, далеко не всем мальчикам нравятся машинки. Всё очень индивидуально.
Тем временем мой подопечный успокоился и расслабился. После трёх заездов лошадка сказала, что устала, и нам пришлось её выключить. На позитивной волне, незаметно переходим к делу, ведь неспроста, неизвестно откуда, появилась книжка для артикуляционной гимнастики. Пока что – только смотрим, без упражнений для язычка. Комментирую картинки на уровне младенчика-грудничка: «би-би», «ту-ту», «буль-буль». Легонько поворачиваю его голову в свою сторону, важно, чтобы малыш видел мою артикуляцию. Больше пяти, семи минут внимание таких детей удержать невозможно, поэтому, вскоре, переходим к полезной игре – дуем через трубочку в стаканчик с лёгкими шариками. Бурю в стакане устроить не удаётся. Нет длительного, плавного выдоха. Сильный и короткий выдох есть, но это не то, что требуется для начала формирования речи. Вот, примерно в таком русле и потекли наши с Коленькой уроки. Конечно, первые три, четыре занятия, это была по большей части игра. Ко мне он попривык, к играм – тем более, а моим требованиям продолжал сопротивляться. А учителя-логопеда, который ничего от ребёнка не требует, в природе не бывает. И, если кто-то из родителей захочет возразить и скажет, что встречал таких специалистов, которые с детьми только играют и сюсюкаются, скажу одно – то были просто нянечки. Или просто клоуны.
Почти на все новые задания Коленька реагировал отрицательно. Он запрокидывал голову и начинал громко рыдать. Пришлось искать антипоощрение. Умывание холодной водой – это крайнее средств. Но, нашёлся весьма креативненький вариант – рассматривание с  бунтарем  зелёненьких обоев на стене. Зелёный цвет и удалённость от этой противной парты постепенно успокаивали мальчика, и через пять минут с ним можно было снова общаться.
Самое интересное то, что эта процедура стала традиционной, и не по моей инициативе, а по его желанию. На следующем занятии, во время очередного «акта неповиновения», Коленька, вдруг, встал и пошёл на вчерашнюю позицию. И это хорошо работало. Он успокоился. Появилась такая домашняя «Стена Плача». И в Иерусалим не нужно ехать. А зачем? У нас и своя – не хуже.
Разрядить напряжённость часто удавалось при помощи той же козы. Которая – «Идёт коза рогатая, идёт коза бодатая! Забодаю! Забодаю!», а потом щекочет ребёночка своими рожками, пока он не засмеётся. Да. Увы. Задержка развития очень серьёзная.
Я, конечно же, сразу взяла в оборот те звуки, которые у Коленьки уже были: «М», «А», «Э». «М» и «А» — это уже, почти готовая «мама». В течение, минимум, двух занятий звучит только одно слово. Во всех вариантах, под любым соусом, в бесконечном количестве. Все мои усилия направлены на то, чтобы мальчик произнёс, хотя бы, часть слова. Дыхательные упражнения перемежаются с гимнастикой для язычка и доступным рукоделием. Очень полезен логопедический массаж по всем правилам: десять дней без пропусков, три раза в год с интервалом в три месяца. Всё направлено на активизацию речевых центров в коре головного мозга. На третий день – новый звук, новое слово (предыдущее закрепляем). Каждое занятие мы, обязательно, заканчивали поощрением, игрой с лошадкой, трактором и машинками.
Изучаем слово «капуста». Рассматриваем картинки с капустой, играем с игрушечной капустой, держим в ручках настоящую капусту, лепим её из пластилина. Если ребёнку удаётся произнести лишь часть слова – «ка» или «та», это уже хорошо. Он может не произносить это сразу, но «выдаст» что-то через несколько недель или месяцев. Подключаем слово «морковка». И далее, примерно по тому же алгоритму. Очень важно чувствовать ребёнка. И, если процесс стопориться, понять, не хочет он заниматься, или, просто, не может.
По большому счёту моторных алаликов нужно вести многие годы, включая школу. Новые стадии открывают новые задачи и проблемы. И от логопеда, и от ребёнка это требует огромных эмоциональных и физических усилий.
Так получилось, что с Коленькой мы занимались только четыре месяца. Родители были весьма довольны промежуточным результатом. Мальчик стал говорить слово «мама» и несколько новых звуков. Начал реагировать на обращённую речь, понимать элементарные просьбы и задания, чего совсем не было раньше.

Резюме для начинающих логопедов.

Волна акселерации, которая наблюдалась пятнадцать лет назад, ушла. Физиологическое и умственное развитие детей, в среднем, замедлилось, и диагноз – «алалия», в настоящее время встречается всё чаще. Это сложный и недостаточно изученный, с практической точки зрения, диагноз.
Очень важно убедить родителей в том, что вывести ребёнка из этого состояния на более высокий уровень развития можно только комплексными усилиями. Уроки учителя-логопеда должны сочетаться с грамотным медикаментозным лечением.
Занимаясь с ребёнком – алаликом нужно руководствоваться давно сложившимися нормами поэтапного развития речи. В норме, у ребёночка сначала появляется лепет,  затем – первые слова с губными звуками: «папа», «мама», «баба». Далее, в норме – аморфные слова и фразы, например: «дай пи», «дай лялю», «бибика» и тому подобные. Этому и нужно учить вашего подопечного. И не важно, сколько ему лет.

Резюме для родителей.

Сотрудничайте с учителем-логопедом. Следуйте его рекомендациям. По моему мнению, пятьдесят процентов успешного продвижения – это результат вашего усердного труда по закреплению материала.
Практически никто из детей не будет сам выполнять домашние задания логопеда. Вам придётся проявить свою мудрость и требовательность.
Настоящая любовь к ребёнку не имеет ничего общего с чрезмерной опекой и вседозволенностью. Приучайте его трудиться. Пусть он пробует и ошибается. Будьте рядом, будьте вместе, а не вместо него. Только так он будет взрослеть и развиваться. Только то, что мы проживаем сами, остаётся с нами на всю жизнь.

Имя главного героя изменено.

Литературный подмастерье – Валерий Беркань.